Перейти к содержимому

Знакомьтесь — Анна Борисовна. Продолжение книги «Аптекарь, судья, бобер и сова»


А где у вас тут ВЫХОД
или
Знакомьтесь - Анна Борисовна

Наша жизнь состоит из двух взаимодополняющих частей: качеств и опыта. Для того чтобы опыт был успешным, нужно правильно приготовить качества! Иначе будет как в народной шутке: если у вас с первого раза не получилось, то парашютный спорт, к сожалению, не для вас! Так что, если вы хотите приобрести опыт прыжка с трёх тысяч метров, без проблем. Главное, чтобы он не оказался для вас последним. А если уж вы решили получить максимально положительный опыт, то не забудьте записаться в парашютную группу для приобретения необходимых качеств. Ну или хотя бы не забудьте парашют.
В жизни все ещё интересней. Наши качества приобретают свойство ключей. Мир нас не пустит в опыт без качеств. Мы, конечно, можем напрячься, прыгнуть выше и дальше, занять не свое место и тратить море энергии и средств, чтобы удержаться в не свойственном нам месте и времени. А можем спокойно, без спешки наработать необходимые качества и в нужный момент сделать шаг – не прыжок, не рывок, а просто естественный такой, неспешный шаг. И тогда осознание опыта как молния пронзает все наше естество. Все. Высота взята, опыт получен. Экстаз и счастье. «А дальше?» - спросите вы. А дальше новая дорога, новые качества, новый опыт и новое счастье или желанное спокойствие.
К моменту начала нашей работы Анна Борисовна все это уже имела. Ее опыт был похож на изгнание демонов, на взрыв, на сочный фрукт, который готов лопнуть в руках от спелости. Она не могла больше ждать. Ее жизнь становилась невыносимой. Ткань ее бытия рвалась и расползалась, и ей требовалось все больше и больше сил на сохранение хрупкой иллюзии счастливой и удачной жизни.
Нас познакомил ее радикулит, а радикулит с ней познакомил ее шеф, а их всех между собой познакомила хирургия. Радикулит, между нами говоря, оказался самым честным и благородным: он просто пришел и сказал – хватит! И с ним не поспоришь, в отличии тех, кто не честен даже с собой.
Обычный день, обычный звонок. Низкий, мягкий и уверенный женский голос:
- Добрый день.
- Добрый.
- Я от Крикунова.
- Очень рад. Передайте ему привет. А с вами что?
- У меня радикулит. Не могу распрямиться и перекосило всю на левый бок. Болит спина. Колготки с трудом надеваю.
- Приезжайте. Починим.
- Что, так сразу? Может МРТ сделать?
- Ой! Перестаньте тратить мои деньги! – сказал я, вызвав смех Анна Борисовны. Медицинский юмор был ей не чужд.
- Что с собой приносить?
- Ну, себя и деньги, которые вы не потратили на МРТ. Предупреждаю: цветы и конфеты не пью! А ваш мочевой пузырь починим.
- А откуда вы узнали, что у меня проблемы с мочевым пузырем?
- Ну, если вы с Крикуновым работаете, то вы хирург.
- Анестезиолог.
- Уже все равно. Воды мало пьете. В туалет выйти не можете по необходимости. Концентрация мочи повышается, и стенки мочевого пузыря воспаляются. Дальше – проекция в четвертый-пятый поясничный. Короче, приезжайте. У меня через два часа место освободилось.
- Ой, спасибо, бегу!

Так мы с ней и познакомились. Она приехала в назначенное время. Элегантным полураком забралась на массажный стол. Я как настоящий джентльмен сел у ее ног и начал работать, обрабатывая пальцами точки на лодыжке и стопе.
- Доктор! Может, вы потрогайте меня выше? У меня здесь не болит.
- Болит, болит. Сейчас прижму.
Она ойкнула и согласилась, что там тоже болит. Минут через сорок я попросил ее встать. С некоторым сомнением она, ойкая, скорее, по привычке, освободила кушетку. Дальше, как обычно, непонимание, удивление и...отсутствие боли. Ещё две встречи – и этот противный недуг оставил ее надолго. Ну и все!
Хотя нет! За время следующих нескольких сеансов мы очень много говорили. И первый мой вопрос касался ее мамы:
- А какие у вас с вашей мамой взаимоотношения?
- У меня прекрасная мать! Она сделала для меня все, что должна была сделать, и я ЕЙ ОБЯЗАНА ВСЕМ, что у меня сейчас есть! А вы считаете по-другому?
- Могу только предположить. Вы упомянули, что у вас всегда страдает левая сторона тела. Вот я и предположил, что, возможно, есть некие проблемы в отношениях. Поймите меня правильно: проблемы – это не драки с мордобоем и кровью. Это некие не совсем гармонично выстроенные взаимоотношения.
- Нет, что вы! Возможно, есть проблемы с дочерью. Она не хочет учиться, ее нужно заставлять играть на фортепиано. Она все делает из-под палки. Сил моих нет! А я работаю. Мне и тут мама помогает.
- А может не надо заставлять. Со временем сама поймет. Замуж выйдет – и прощай математика.
- Что вы! Ей ещё в университет нужно! Что она, неучем будет? Найдет себе какого-нибудь идиота, как ее папочка. Как она жить будет? Чем зарабатывать?
- А как у нее дела с отцом?
- Нормально, как у всех. Главное, что она ни в чем не нуждается. Я их всех обеспечиваю.
Беседа продолжалась в таком русле достаточно долго. Но Анну Борисовну очень интересовало то, как быстро она выздоравливала. Она и не скрывала, что у неё –
ортодокса от медицины – такое моментальное выздоравливание вызывало некую растерянность, но как человек разумный она видела и чувствовала на себе результат и не могла его отвергать.
Кстати, как-то в году две тысячи первом меня попросили взять ученика. Парень закончил киевский медуниверситет и как молодой специалист нуждался в заработке. Акупунктура ему показалась доступным методом. Несколько месяцев я рассказывал ему теорию и показывал, как это работает на практике, но... он пропал. Появился спустя месяц с бутылкой коньяка. Поблагодарил и объяснил, что он видит и понимает результативность методики, но в доказательной медицине таких связей не существует, а он пока не готов выбросить семь лет обучения. Так мы с ним и расстались.
Анна Борисовна была обладательницей очень живого ума. Как-то ее коллега, хирург-кардиолог, на мой шутливый вопрос о том, почему он, врач с мировым именем, лечится у непонятно кого (меня), заметил: «Я не врач, я хирург. Врачей сам не люблю. Мы технари, а они не знают, что делают. Их «современная терапия» убила больше людей, чем эпидемии. Так что не путайте. У нас даже термин есть такой –
«жизнь закончилась». Операция прошла прекрасно, сердце работает. Давление в норме. Но ты смотришь на это все и понимаешь, что из реанимации он выйдет только в морг. В этом теле уже жизни нет. Как это? Не знаю. Просто видишь и знаешь. А врачи, они в бога играют, думают, что их терапия жизнь продлит, а она только мучение продлевает. Ведь не даром говорят, что только патологоанатом все знает и все умеет, но поздно!»
У Борисовны (только для своих) чуйка ещё та. Вот и зацепилась она за то, что обычный врач десятой дорогой обойдет. А она честно всегда говорит: «Я не понимаю, но это работает! Принимаю эти знания и снимаю шляпу, но работать с эти не смогу – под другое заточена». Был у нас с ней интересный случай, ещё до всей той мистики, которая всю жизнь поменяла. Очень собирательная аллегория получилась. Случилось это после одного из ее сеансов с моей коллегой Лилией Анатольевной. Они как раз ее отношение с мужем разбирали. И с мужем, и с… чего там добрая тетя Лиля только не навыдергивала. Я понял, что все прошло прекрасно, когда увидел розовые щеки и зареванные глаза Анны Борисовны. Как любит говорить Лилия Анатольевна: «Раненых не будет – добиваем всех!» Если в двух словах, то Анне Борисовне показали не только бесполезность ее прошлых отношений с мужем, но и бесперспективность и фатальность будущих. В один из таких стрессовых вечеров Анне Борисовне позвонила мать и сообщила, что у ее дочери температура 38 и не падает. Симфония истерики моментально окрасила лицо Борисовны. Испуг и беспомощность рвались наружу.
- Все, срочно еду! Может, скорую ей сейчас вызвать! Все! Я в говно! У нее горло болит и температура не падает! Что делать? Сейчас маме перезвоню, пусть парацетамол даст. Кошмар! Не знаю что делать!
Мы немного опешили. Перед нами был не доктор, который с холодным умом ежедневно спасает людей, а перепуганная истеричка. Я не выдержал и вступил:
- Анна Борисовна, а чего так нервничать? Сколько дней температура?
- Сегодня первый.
- Ну и чего истерии?
- Так ведь температура! Ребенок!
- Ну, ребенок. Ну, температура. Чего истерии?
- Ой! У нас у врачей всегда так: свои своих не лечат. Мы боимся. Кого-то – да. Своих – нет.
- А может вы просто не знаете, что делать? От слова «абсолютно»? Просто на чужих вам плевать, а на своих – нет? С чужими протокол, а своим результат нужен и гарантии? И если дела обстоят именно так, то вы просто не знаете, что происходит с телом. Что-то делаете, а потом ждёте результат: выздоровел –
все правильно сделали, не выздоровел – жизнь закончилась. Протокол выполнен, никто не виноват. А тут вдруг свои болеют!
В подтверждения моих слов, она опустила глаза и промолчал.
- Значит, без паники, приедете домой и сделаете то-то и то-то.
Нас она покинула спокойной и уверенной, но я запомнил этот случай и ещё не раз находил подтверждения своей правоте в различных ситуациях, которые были связанны с традиционной «доказательной» медициной и ее адептами. Как-то я спросил знакомого стоматолога: «Для чего принимать антибиотики после удаления зуба и какая в этом есть насущная необходимость?» Ответ был прост, как табуретка в коммуналке:
- Если вы будете принимать антибиотики, то, возможно, не будет осложнений. А если я вам не назначу антибиотик, и обострение случится, то буду виноват я как врач.
- А если я приму, но обострение случится?
- Ну, тогда никто не виноват. Особенности организма. Случайность. Слабый иммунитет. Да мало ли что может быть причиной!
- Я правильно понимаю, что в любом случае, если выполнен протокол, врач не виноват?
- Да,– с неохотой признал он.
Вот такая она – «доказательная» медицина!

Не буду приводить примеры. Их у меня очень много. Да и история Анны Борисовны скоро пойдет на новый вираж. Это намного интересней! Правда, я хотел бы расставить некоторые акценты по вышесказанному. Я не пытаюсь отрицать достижения человечества за последние лет двести, хотя многие открытия весьма спорны. Но суть не в них самих, а в их применении! А вот для внедрений открытий мир не брезгует и откровенной ложью. Целитель превращается во врача-ремесленника, пекущегося лишь о своей прибыли. В мире, где философия подменяется «доказательностью» науки, нет уже места искусству исцеления души и тела. Где царит сухая наука, человек стремится стать богом, но это стремление есть производной ночных кошмаров скоротечности жизни и страха смерти. А где есть страх смерти, там появляется слепая вера все равно во что, лишь бы переложить ответственность и принятие решений на кого-нибудь другого. И этот другой всегда рад появиться. А мы хотим верить! Верить и ничего не делать. Только требовать подтверждения веры. И, к сожалению, медицина сегодня не исключение. Мы слепо верим, что вакцинация остановила эпидемии, хотя факты истории говорят о противоположном. Но кому нужны факты – человечеству нужна иллюзия безопасности! Страх красив и силен. Если человек отказался от бесполезного и мучительного «лечения» рака, то он в глазах обывателя выглядит полным идиотом, а если такой человек умирает на больничной койке, то это правильно, просто врачи ничего не смогли сделать. И эта смерть становиться узаконенной и лицемерной.
В этом мире человек устроен так, что не помнит своей истории. Обычно он даже не утруждает себя запоминанием того, что было год назад. Когда теряется яркость эмоций, тогда и пропадает необходимость помнить. А вот яркие сказки перед сном или рассказы «гуру» запечатлеваются в нашем сознании на века и передаются из поколения в поколения. Примеров тому не счесть. И если у меня хватит терпения, то я, может быть, сподвигнусь написать «Краткое пособие человеческой глупости».
Да, да! Именно так мы все и живём. Эмоции важнее разума. Так работает наше сознание: подменяет разумное вкусным, а красивое – ярким. Именно поэтому мы и не помним своей настоящей истории или даже истории своего рода, а помним те события и «факты», которые эмоционально впечатались в наше сознание. Это нас оберегает и уничтожает. А возможно, поддерживает состояние перманентной войны на этой планете, где имя бога есть случайность!
И Анна Борисовна здесь совсем не оригинальна. Просто ее опыт – это опыт человека, который принял окружающую ее действительность как деструктивную, хотя ум и настаивал на обратном. Она набралась смелости сказать своему уму СТОП и изменить поведение с деструктивного, но привычного, на конструктивное, но новое и неизвестное. А главное, это было красиво и эмоционально. И, может быть, это тоже станет историей, ведь даже сейчас, спросите вы Анну Борисовна о том, что с ней происходило, она не сразу-то и вспомнит. А со временем ее сознание будет помнить все меньше и меньше. Оно очень лениво и не собирается тратить энергию на уже изжитую парадигму. И скажу вам, что сам задавал себе вопрос после терапевтирования: а действительно ли я это все вспоминал и переживал, было ли это на самом деле? Но отсутствие врождённого порока тела, называемого медициной генетической болезнью, возвращает меня к осознанию реальности, как многомерной и более гибкой, чем мы себе можем представить.

А теперь, Анна Борисовна, ваш выход…

Добавить комментарий